С кем гулял мальчик в произведении берестова знакомый

Стихи для детей: Валентин Берестов

Ознакомить учащихся с творчеством Берестова; развивать навыки А потом пойду гулять-. Раз, два строить рассуждения в форме связи простых суждения о произведение; Кем оказался знакомый мальчика?. Почему мальчик мечтал стать девочкой в стихотворении Э.Успенского Кто автор произведений "Над нашей квартирой" и "Память"? Герой стихотворения В. Берестова "Знакомый" любил гулять со знакомым. А потом пойду гулять —. Раз, два, три В каких разделах, по каким темам мы читали произведения В. Берестова? Кем оказался знакомый мальчика?.

Об этом он нечаянно сказал в письме к брату из Михайловского весной года. А теперь встаньте, дорогой читатель, и плавно пройдитесь поступью кота, не забывая повертывать голову и выгибать спину, и вы поставите себя на место Пушкина- поэта и Пушкина-ребенка.

Он и в Лицее привадил к себе в комнатушку кота, это связывало его с детством, с семейным уютом: Мурлыча, в келье дремлет Спесивый старый кот. Можно представить себе, какие позы принимал поэт, когда в том же Михайловском он изображал и графа Нулина, и тамошнего кота не только стихами, но и собственными движениями: Так иногда лукавый кот, За мышью крадется с лежанки: Украдкой медленно идет, Свернется в ком, хвостом играет, Разинет когти хитрых лап И вдруг бедняжку цап-царап.

И, наверное, точно так же, стихами и движениями, он в том же Михайловском изобразил еще одного кота, хорошо знакомого с детства по сказкам няни: У лукоморья дуб зеленый.

Златая цепь на дубе том: И днем и ночью кот ученый Все ходит по цепи кругом. Идет направо — песнь заводит, Налево — сказку говорит. Направо-налево, налево-направо, иначе и не взберешься на дуб по цепи, обвитой вокруг ствола, и не спустишься с. И все время приходится менять жанры: Корней Чуковский уже перед смертью добавил к своим заповедям для детских поэтов последнюю, четырнадцатую: Заметим, что для крестьянского мальчика русалки и лешие не были сказочными персонажами, они в его сознании были реальными героями быличек, в их существовании он не сомневался.

Для Саши Пушкина, юного поклонника энциклопедистов, они уже стали такими же героями волшебных сказок, как королевич или Баба Яга.

Наверное, так же был счастлив Пушкин и когда писал свои стихотворные сказки. Поэт не подозревал это потом несказанно удивило исследователя детской психики и сказочника XX векачто пишет для малых детей, что они-то и станут его самыми восторженными читателями на все века, как он сам был восторженным, очарованным слушателем бабушек и мамушек.

Но когда он писал стихотворные сказки, к нему возвращалась его детскость, которая временами его, великого поэта и поднадзорного ссыльного, вдруг превращала, скажем, в кота Трифона Фалалеича. Он как бы переселялся в свое раннее детство, когда, как и каждый человек в этом возрасте, был просто обязан чувствовать себя счастливым. Этой детскости мы не найдем в его стихах о собственном детстве.

Гришка Отрепьев на миг и впрямь ощутил себя царевичем Димитрием: Что, когда бы наш царевич из могилы вдруг воскрес И вскричал: А где вы, дети, слуги верные мои? А дальше уже совершеннейший дедушка Корней: Вы подите на Бориса, на злодея моего, Изловите супостата, приведите мне его!. Могли эти строки повлиять на Чуковского, пусть неосознанно? Эмоции, какими до краев наполнены его стихотворные сказки, Пушкин, как мы видели, пережил еще в раннем детстве. Человек, который подсчитывал, как распределены грамматические категории у Пушкина, не мог не заметить у него необычный ритм, необычные интонации, необычную поэтическую речь от имени семилетнего ребенка.

Ты, детскую качая колыбель, Мой юный слух напевами пленила. У его приятеля Дельвига был брат, семилетний Ваня, которого Дельвиг называл почему-то романтиком. Услышав, что Ваня уже сочиняет стихи, Пушкин пожелал познакомиться с ним, и маленький поэт, не конфузясь, внятно произнес, положив обе ручонки в руки Пушкина: Александр Сергеевич, погладив поэта по голове, поцеловал его и сказал: Керн наизусть и не сверял его с текстом.

Между тем стихи мальчика звучали так: А самому Ване было не семь лет, а четыре. Чуковский считал этот эпизод достойным войти в биографию поэта И верно. До двадцатого века в мире не было никого кроме Пушкина, кто считал бы, что такие стихи внушены четырехлетнему ребенку самою музой, богиней песнопений. А дело было в том, что, держа в своих руках доверчивые ручонки маленького стихотворца, Пушкин как бы вновь встретился со своим ранним детством. Уединенный кабинет Когда Николай I разрешил поэту покинуть Михайловское, место ссылки, Пушкину настала пора вернуться домой.

Но где же он, этот Дом? Определить это оказалось не так-то. В году поэт писал П. Оси- повой в Тригорское: Тут он, может быть, вспомнил дом своего детства, где разыгрывались кукольные спектакли на французском. Как, наверное, хохотал над этой репликой мальчик, услышавший ее впервые.

Это и есть пушкинский образ Дома. Дом— это прежде всего кабинет, мастерская, место для творческих занятий. Прообразом такого Дома-кабинета в детстве Пушкина был кабинет его отца, где, возможно, сын бывал чаще, чем отец. В стихах Пушкина образ кабинета, чуждого пошлости и глупости, возник еще в Лицее, а в его сознании — еще в годы московского и подмосковного детства: И мальчик засыпает в кабинете у отца, который он в этих стихах считает и ощущает своим собственным и куда, по домашним воспоминаниям, хаживал он и со свечкой, просиживая ночи над книгами.

О такой же встрече в детстве, в кабинете отца, Пушкин вспомнит еще раз, но уже в году: Еще в ребячестве, бессмысленном и злом, Я встретил старика с наморщенным челом, С очами быстрыми, зерцалом мысли зыбкой, С устами, сжатыми насмешливой улыбкой. Перед нами впечатление от портрета Вольтера, увиденного мальчиком. А в Лицее Пушкин мечтает о собственном кабинете. Вот Дом, который он лелеет в воспоминании и в воображении.

Укрывшись в кабинет, И часто целый свет С восторгом забываю. Кабинета у Пушкина в Лицее не. Это воспоминание и в то же время мечта об отцовском кабинете в Москве и в Захарове. Там он в восторге забывал целый свет. А через 23 года, умирая, он обратится к книгам, верным спутницам детства, юности и зрелых лет, старым и новым: И такой же дикий сад: Пушкин воспитывался вместе с сестрой, летнее время проводил в Захарове, и потому его детство просвечивает и в некоторых подробностях детства милых его сердцу уездных барышень.

Голос самого поэта слышен в черновом варианте письма Татьяны: Моя смиренная семья, Да книги, верные друзья, — Вот все, что так любила. Страсть к уединенным гуляньям Пушкин сохранил с детства на всю жизнь. Но ведь не об одних девушках тут речь. Ведь и сам Пушкин был воспитан на чистом воздухе, в тени своих садовых яблонь, и его детство прошло под яблонями и между скирдами, и его воспитывали природа и нянюшки. Итак, от самого детства идут самобытность, характер, индивидуальность, даже величие духа у тех, кто получил такое воспитание, как пушкинские деревенские барышни.

И как он. Девушек этих он наблюдал в их и в своем собственном детстве, одна из них была ему родной сестрой, другая, как мы увидим ниже, ранней любовью, оказавшей влияние на всю его поэзию. Похоже на детство Пушкина и детство Маши Троекуровой.

Ее отец, как и Сергей Львович Пушкин, тоже не мешал ей читать. И если уж девочки, героини Пушкина, становились независимыми от мнения матерей и скрывали свои мысли и чувства от отцов, не рассчитывая на их понимание, то что же можно сказать о детстве их автора!

Вот так, естественным образом, и сложился у Пушкина еще в детстве образ Дома-мастерской, Дом, душа которого — кабинет с библиотекой. В Лицей, по свидетельству Пущина, он явился весьма начитанным. Далее— любимцы отца, а потом и сына, легкомысленные Вержье, Парни, Грекур. Лирика и точность Развитие малыша идет стремительно. Разница в три года — для него целая эпоха! Старшим дошкольникам близок и понятен мир лирических впечатлений и переживаний.

Поэзия игры и сказки обогащается у них острым ощущением поэзии окружающей жизни, природы, человеческих дел и чувств, поэзии действительности. Они богаты, разнообразны и проникнуты лиризмом.

  • Технологическая карта урока литературного чтения на тему «Стихотворения В. Берестова»
  • Урок литературного чтения, 2 класс. Стихи Берестова
  • Лестница чувств

Они уже часть нашего сознательного внутреннего мира, часть нашей личности и потому в какой-то мере влияют на наши сегодняшние, взрослые дела. Таким образом, в возрасте от пяти до семи очень нужны книги, которые выражают, укрепляют и направляют естественную лирическую настроенность ребенка, книги, где на первый план выступает лирический элемент.

Но это понятие было бы бессмысленным, если бы лирическому герою поэта не отвечал лирический герой читателя. Лирика так же, как и юмор, не самоцель. Лирическое чувство неотделимо от предмета или явления, которыми оно вызвано. Незатейливая песенка потому трогает детские сердца, что ее поэзия заключена в существе предмета, в естественном ходе вещей. Детгиз, была бы нестерпимо-слащавой и сентиментальной, если бы каждая ее подробность, каждый образ не выверялись точным и трезвым взглядом.

Всякая сказка предполагает некое условие между автором и читателем. В данном случае условились, что дождь и солнце могут вести себя как люди. Дождик в сказке остается дождиком: Однако согласно условию дождь еще и живое существо.

И совершенно понятно, что это славное существо искренне удивилось и даже расстроилось: Житейское правдоподобие сочетается с правдой характера, и возникает новая точность.

Точность сказки, игры, поэтического образа. Радуга возникает, оттого что солнце и дождик смеются, а происходит это так: Поэтический образ мотивируется реальными знаниями, и возникает свежее решение привычной темы.

Знание дела не противоречит ни фантазии, ни лирическому чувству. Но вот вошел в него охотник — и мигом все спряталось и насторожилось. Как волна от брошенного в воду камня, покатилась от дерева к дереву тревога. Все за кусток, за сучок — и молчок.

И в шутку и всерьёз

Теперь хочешь увидеть — сам стань невидим, хочешь услышать — стань неслышим, хочешь понять — замри. Знаю, что из всех лесных тайничков следят за мной быстрые глаза, влажные носы ловят бегущие от меня струйки ветра Рассказ, как говорится, познавательный и, может, потому глубоко лиричный. Автор видит мир взволнованно и точно, то есть талантливо.

Знания, проникнутые и одушевленные непосредственным чувством, чувства умные, не засушенные, а обогащенные знаниями,— таковы свойства истинно современных людей, строящих будущее. Эти свойства надо воспитывать с самого раннего детства. Лирическая волна Однажды мне, тогда еще начинающему автору, поручили написать небольшой очерк для радио. Я спросил, как писать. Геннадий Снегирев с первых фраз настраивает читателя на лирическую волну, затрагивающую внутренний мир: Живем мы в избушке около ручья.

Еще с нами живет Чембулак. Это такая собака; она у меня кусочки выпрашивает, когда я ем. Не знаешь, что будет дальше, но уже интересно. Ритм задан, все три характера намечены, юмор и лирика просвечивают в каждой фразе, лаконизм каким-то образом сочетается с обстоятельностью, чувствуется музыкальная основа рассказа. Со вкусом изображаются сборы на охоту. Увлекает даже перечень вещей, которые нужно взять с собой: Дедушка подумал и сказал, что мы тоже можем упасть в речку.

Детский мир, ощущается и музыкальная тема: Она тихонько поскрипывает от ветра. У каждого из нас была в жизни такая, впервые и навсегда увиденная сосна. Память о ней живет в глубине нашего сердца и помогает нам, оторвавшись от наших дел, вновь и вновь ощущать красоту природы. Маленький читатель легко ставит себя на его место, узнает в нем самого. Вот, например, книга Г. По, кроме того, это еще и лирическая книжка, воспитывающая нравственное чувство: И она действительно от начала до конца посвящена пингвинам, их жизни, их повадкам, их поведению с людьми.

Пингвины изображены точно, живо и остроумно. Трудно поверить, что сам писатель не был в Антарктиде и написал свою книжку по рассказам очевидцев. Читаешь, например, про пингвина-забияку, что приставал к полярнику: Как забияка налетит — я его половником.

Тест: И в шутку и всерьёз - Литература 2 класс

И думаешь, какой хороший человек встает перед нами. Ничего вокруг не видно, все занесло снегом. Я пошел прощаться с пингвинами. Пингвинов я не нашел, только остались от них снежные бугорки. Нашел я один бугорок, копнул, смотрю — клюв торчит. Толкнул я тогда второй бугорок. Вдруг бугорок зашевелился и выскочил из него пингвин, закричал, заругался И по тому, как он видит и слышит, по интонациям его рассказа, мы успели узнать этого человека, деятельного, любознательного, доброго, веселого, умного и простодушного.

Они проникнуты истинным уважением и доверием к ребенку. Ведь ребенок интересен не только тем, что он будущий взрослый, но и сам по себе, он полноправный человек с богатым внутренним миром, способный не только в будущем, когда вырастет, но и сейчас, в неповторимую пору его раннего детства, вносить в окружающую жизнь свою человечность, чистоту, непосредственность, душевное здоровье.

Карл Маркс недаром говорил Лафаргу, что дети должны воспитывать своих родителей. Многие родители в том числе и автор этих строк могут подтвердить правоту отнюдь не шутливого высказывания основоположника научного коммунизма.

Ранняя любовь Пушкина | ВЕСЬ БЕРЕСТОВ

И в жизни, и в литературе можно найти немало примеров того, какое благотворное влияние сами того не подозревая оказывают на взрослых маленькие дети.

Книги и кинофильмы, где современная жизнь и человеческие отношения показаны с точки зрения ребенка и как бы выверяются детским взглядом и детским сердцем, стали в наши дни совершенно необходимой духовной пищей для взрослых читателей и зрителей, они будят добрые мысли и умные чувства. В повести дружат малыш и взрослый, Сережа и Коростелев. Коростелев подходит к своему пасынку с уважением, педагогическим тактом, осмысленной добротой, и Сережа безотчетно ему покоряется. Казалось бы, вот нормальные и даже идеальные отношения взрослого и ребенка.

Но этого, как выясняется в конце книги, мало для того, чтобы человек большой или маленький был счастлив. Больной Сережа, чтоб не стать обузой на новом месте, должен пока остаться. Коростелев объясняет ему, как равному, что это благоразумное решение. Сережа верит, понимает, старается смириться со своей участью, никому не мешать, никого не огорчать. Малыш покорил его, а любимый человек не может быть обузой.

Ранняя любовь Пушкина

У повести действительно счастливый конец, — так обжигает читателя ощущение счастья, охватившее Сережу. Доброта сильна и способна доставить людям счастье лишь тогда, когда она не только сознательна, но и безотчетна, непроизвольна. Как мало всего этого и для воспитания будущего человека, и для сегодняшнего счастья ребенка! Он помогает больному летчику преодолеть тяжелый недуг, победить смерть.

Вот, оказывается, как можно помогать взрослым! Олешек несет в себе заряд доброты, безотчетной и сознательной, свойственной детям и понятной. Писательница не скрывает от маленьких читателей сложности мира, дает понятие об истинных человеческих чувствах.

Характер живой, милый и интересный. Хочется читать про Вовку еще и. Впрочем, поэтесса продолжает работу над книжкой. Данные для этого у него уже. Прелесть книг Барто и Цюрупы заключается, между прочим, и в их раскованности, ненавязчивости, в свободе от узкоутилитарных задач, что позволяет писательницам решать задачи более значительные.

Нужен ли тематический подход? Читая хорошие книжки для малышей, невольно спрашиваешь себя: Да и трудовому воспитанию иной раз служат книжки, посвященные совершенно другим вещам, например, жизни пингвинов. Вот, скажем, книжка Г.

Она состоит из миниатюр, иной раз это одна-две фразы. Казалось бы, как далеки эти изысканные миниатюры от современности, от конкретных задач воспитания сегодняшних детей: Увидел в небе месяц. В кусты заглянул, под лопухами пошарил. Нашел ее в саду, в маленькой лужице. Между тем книжка Г. Цыферова дает богатую пищу для детского воображения. Книги такого рода могут стать активным средством эстетического воспитания.

Представьте себе хорошо изданную книгу, где на одной странице помещен коротенький рассказ, возбуждающий фантазию ребенка, и написано: Зверя трогают руками, Зверю смотрят прямо в пасть.

И снежками, и снежками Все хотят в него попасть. Цыферов и Юван Шесталов не писали по внутреннему побуждению, то именно такие книжки следовало бы им заказать. Все это игры, сконструированные авторами, а не наблюденные в жизни.

Но ведь интереснее всего, как нынешние малыши на самом деле играют в космический полет, что они на самом деле знают о космосе, о чем они на самом деле фантазируют. Как обрадуются малыши, получив книжки не о космонавтах вообще, а о конкретных полетах Юрия Гагарина, Германа Титова, Андриана Николаева и Павла Поповича.

Маленький неполные две страницы рассказ поразил меня правдивым, точным, доходчивым изображением необычайного полета, остросовременным видением мира. И вот уже герой видит Землю как планету: Точно выражены чувства человека, впервые увидевшего планету со стороны: Весело и легко дышалось и хотелось петь. Я спустился в туман. Скоро выглянуло солнце, и я увидел под собою опять чашку земли Какие-то леса и две синие полосы — реки.

Небесный гость приземлился на пашне. Полет длился три часа, и путешественник сел сравнительно недалеко от места старта Рассказ о его полете? Полет — это труд, но труд небывалый: И потому герой рассказа — и конкретный аэронавт, и человек.

Поэтическая сущность труда, совершаемого для человечества и от имени всех людей, — вот что роднит ощущения толстовского аэронавта с тем, что мы пережили в дни первых космических полетов. Все это, вплоть до мельчайших, но тщательно отобранных и самых существенных деталей, понятно и малышам. Слушая рассказ Толстого, написанный от первого лица, ребенок чувствует себя аэронавтом, летчиком и даже космонавтом.

Автор, обратившись к детям, остался Львом Толстым. Как хочется, чтобы наши малыши могли услышать и рассказ космонавта, и рассказ строителя или изыскателя, и рассказы агронома, советского врача, приехавшего лечить африканских детей, советского моряка, привезшего продовольствие на Кубу, рассказы обо всем, что интересует детей, обо всем, о чем взрослые, не дожидаясь наших книжек, давно уже рассказывают собственным детям!